среда, 6 марта 2013 г.

Диалектический патриотизм


Организаций, взявших за основу понятие патриотизм, очень много. Это и клубы исторической реконструкции, и поисковые отряды «белых копателей», православная церковь, объединения казаков, черносотенные организации, националисты, язычники. Широко используют патриотические лозунги властные структуры, бюрократическая партия «Единая Россия», КПРФ, ортодоксальные сталинисты и ещё многие другие. Количество «патриотов» возрастает, слово патриотизм приобретает второе дыхание и на основе этого понятия происходит консолидация, мягко говоря, не революционной части общества.
С другой стороны, в организациях революционной направленности, в профсоюзах и других рабочих организациях, как правило, поддерживающих широкие связи с зарубежными аналогичными организациями, слово патриотизм не принято употреблять. Более того, в таких организациях, использование патриотических лозунгов вызывает чувство настороженности и недоверия к тем, кто их использует. Отношение к патриотизму здесь вроде лакмусовой бумажки. В таких организациях лозунг патриотизма давно заменён на лозунг интернационализма.
Являясь лозунгами разных политических направлений, интернационализм и патриотизм поневоле начинают противопоставляться. Масла в огонь подливают либералы с их псевдоинтернационализмом, на деле оказывающимся преклонением перед «западным», читай капиталистическим обществом. В стране, подвергающейся ограблению международной финансовой олигархией, такой «интернационализм» вызывает обоснованную ненависть. Запутаться в этом можно запросто, если забыть, что интернационализм не с неба упал, а развился из патриотизма.
Если вспомнить историю, то когда-то патриотизм был революционным лозунгом потому, что он поднимал сознание человека до задач, стоящих перед нацией. Таким образом, интересы клана, рода, семьи ставились в подчинённое положение по отношению к интересам нации, страны. Патриотизм поднимал сознание людей до понимания того, что решение личных социальных проблем возможно только в рамках всего национального сообщества.
Мир развивается, экономика перестала быть национально ограниченной. Образовалась единая мировая экономика с однотипными национальными классами капиталистов, бюрократии, рабочих. Изменился мир, изменились задачи. Теперь решение социальных проблем зависит не только от ситуации в отдельной стране, но и в мире. Появляется лозунг интернационализма, лозунг, призывающий подняться над национальными интересами до осознания интересов общечеловеческих.
Прослеживается простая логическая связь: патриотизм, выросший из кланово-родовых отношений и возвысившийся до национальных задач, таким образом, противопоставил себя клановой ограниченности; в свою очередь интернационализм, выросший из патриотизма, противопоставляет себя патриотизму, т.е. борется с национальной ограниченностью.
Патриотизм и интернационализм едины в том, что отрывают сознание человека от узости семейного эгоизма и поднимают до уровня общественных задач. Патриотизм и интернационализм противоположны потому, что патриотизм мешает расширить уровень общественных задач до общечеловеческих, пытается «законсервировать» национальный уровень общественного сознания. Таким образом, когда-то революционный лозунг патриотизма вырождается и становится реакционным лозунгом.
Всё это теоретизирование о сущности патриотизма и интернационализма очень органично вписываются в живую политическую жизнь.
Возьмём нашего популярнейшего сатирика Михаила Задорнова. Он выложил в интернет свой фильм-исследование об истории славян. Фильм интересен постановкой вопроса. Приведены факты, ставящие под сомнение официальную версию возникновения русской государственности. Казалось бы, замечательно: есть повод для историков, археологов вернуться к этой теме, обсудить её, докопаться до исторической правды. Это действительно интересно… с точки зрения истории. Но, что происходит дальше? Дальше уважаемый сатирик даёт свои комментарии, и фильм сразу перескакивает из исторической плоскости в политическую. Оказывается, древо государства хиреет и гниёт без исторических корней, листья вянут, если отрублены исторические корни. В образе листьев, надо полагать, изображён вялый русский народ. Здесь у Задорнова начинается тонкая словесная эквилибристика. Смотрите: автор говорит, что у нас нет исторических корней. Но на самом деле официальная история государства российского существовала всегда! Значит дело не в том, что истории нет, а в том, что есть именно такая история. Интересные из этого следуют выводы: оказывается, наши беды из-за того, что наше сознание отравлено комплексом неполноценности. Далее совсем на уровне близкого автору жанра: а мы-то, оказывается, две тысячи лет назад были вовсе не дикарями; а мы-то, оказывается, были тогда «великим» (что имеется в виду?) народом. Далее мысль Задорнова может продолжить великий историк Носовский, который утверждает, что Римская империя, на самом деле, – захолустная провинция древней Руси. Допустим, что Задорнов и Носовский правы и Римская империя – колония древней Руси; что меняется? Наверное, всем зарплату прибавят, а цены на бензин снизят? Нет, такие мелочи автора больше не занимают. Он всецело погрузился в исторический спор с… Геббельсом. Этот нацистский говорун имел наглость утверждать, что славяне – нация рабов, и Задорнов принялся доказывать обратное. Убедительно и яростно автор доказывает, что русские – это великолепные ремесленники, искусные мореплаватели, замечательные полководцы. Сатирику и в голову не приходит (не теряем надежду на это), что он уже рассуждает с позиций Геббельса, с позиций нацизма. Он не говорит, что Геббельс – в принципе не прав, разделяя нации на великие и ничтожные по генетике, опустившись до мракобесия измерения черепов и сертификатов расовой чистоты. Нет. Задорнов спорит с Геббельсом о том, что в отношении славян нацисты ошибались. А как же быть с евреями, цыганами, неграми, арабами? Бедные нации, у них нет Задорнова и некому их защитить перед Геббельсом.
Если бы Михаил Задорнов не выходил за рамки исторической науки, то его исследования можно только приветствовать. Но автор напрямую увязывает историю и современную политику, а это уже мракобесие. Чем отличаются высказывания Задорнова от нацистских исторических опусов прославляющих германские племена? Чем отличается Задорновский государственный дуб с увядшими листьями от нацистских «зов крови», «сила почвы». Да ничем! В исторических нацистских опусах не было газовых камер, просто там убеждали нацию в её исключительности. Благое, патриотическое дело убедить сограждан в их исключительности! Человек, верящий в свою сверхчеловеческую миссию, до крематория сам додумается.
Слушая Задорнова, понимаешь, насколько ничтожны труды Маркса, как заблуждались Ленин, Троцкий, как бесполезно тратят время профсоюзные активисты. Оказывается решение всех проблем зарыто в славянских курганах. Крушение СССР, разворовывание госсобственности, деградация экономики и рабочего класса – это всё от низкого национального самосознания, от комплекса национальной неполноценности. Если бы Задорнов успел выпустить свой фильм до перестройки, то Ельцин точно бы порвал отношения с гражданином Бахусом, а Чубайс, прослезившись, сдал бы своих советников из ЦРУ в по локти неподкупный КГБ.
Интересно, почему национальное самосознание надо искать в славянских курганах? Почему более близкие события, такие как революция 1917 года, победа над фашизмом не могут быть источником национальной гордости? Потому, что эти события основаны на социальной закваске, которая не годится сегодняшней власти. Далёкие славянские времена стирают социальные противоречия, остаётся только «общность крови».
Исторический интервал выбран не случайно. Если взять более близкие исторические периоды, то начинает примешиваться социальная составляющая. Если взять более далёкий период, то выясняется, что все нации имеют один корень – опять удар по национальным особенностям.
Что на деле означает единение нации на принципах, игнорирующих социальную составляющую, классовость общества? Что означает единение на принципах общности крови, общности истории, на принципах племенного патриотизма? Только одно: полное, беспрекословное подчинение финансовой олигархии. Историки как-то не очень пропагандируют тот факт, что вслед за частями вермахта продвигался «Дойче Банк», который силой подчинял себе национальную экономику европейских стран. Национал-социалистическое единение по крови и историческим корням обернулось вполне классовым господством финансовой олигархии.
Глупо обвинять Михаила Задорнова в пропаганде фашистской идеологии, но необходимо показывать, как квасной патриотизм таких талантливых патриотов укрепляет идеологические позиции олигархии и бюрократии, как использует такой патриотизм олигархия для вербовки люмпен-пролетариата.
Понимание единства и противоположности патриотизма и интернационализма позволяет более глубже оценивать такие «безобидные» историко-политические фильмы. Теоретическая война не может иметь компромиссов. В этой войне нет пощады никаким авторитетам и народным любимчикам. Суть этой войны – поиск истины. Смысл этой войны – борьба науки с мракобесием. Поэтому «Платон мне друг, но истина дороже».

Рашен


пятница, 22 февраля 2013 г.

Направления сирийской революции

 

Статья написана в ноябре 2012.

Рональд Леон Нуньес

Вот уже полтора года классовая борьба в Сирии ведется на языке автоматов, грохота артиллерии, ожесточенного сражения за каждый дом, чтобы оттеснить врага с позиций. Это открытая гражданская война. Сегодня это самое крупное на мировом уровне противостояние между революцией и контрреволюцией, и результат этой борьбы окажет сильнейшее воздействие на развитие мировой ситуации, особенно на ход революций в Серверной Африке и на Ближнем Востоке.
С течением месяцев ситуация в Сирии становится все более драматичной и кровавой. Диктаторский режим Башара Ассада, пообещавшего «жить и умереть в Сирии», ведет геноцид сирийского народа, поднявшегося на его свержение с оружием в руках. Ежедневно публикуются свидетельства чудовищных методов массового истребления, применяемых против вооруженных повстанцев и населения в целом, акции ясного наци-фашистского характера, включая авиабомбардировки, обстрелы тяжелой артиллерии, разрушающие целые города, выборочные атаки на хлебопекарни и бензозаправки при скоплении там отчаявшихся людей, и использование нанятых диктатурой банд убийц (т.н. шабиха), которые проводят рейды по спорным или контролируемым повстанцами кварталам, пытая и убивая жителей, насилуя женщин и детей.
Масштабы преступлений Ассада леденят душу. Согласно Сирийской Обсерватории прав человека, в период с 15 марта 2011 г., когда началась революция, до конца октября 2012 погибли более 38.000 человек, среди которых 3.110 детей. Только между августом и октябрем 2012 были убиты 15.152 человека, и количество убитых за день выросло до 165. В ходе этой бойни 360.000 человек бежали из страны, чтобы найти прибежище в Иордании, Турции, Ливане и Ираке, где продолжают находиться в нечеловеческих условиях. Согласно Центру фиксирования насилия в Сирии, в стране гниют в тюрьмах Ассада 32.478 политических заключенных, в т.ч. 806 – дети. Детская драма была признана даже ООН, которая в недавнем докладе отмечал «случаи, детей, которым отказали в госпитализации, погибших от бомбардировок и подвергнутых пыткам, включая сексуальное насилие».

Разрушенная экономика Сирии

Прежде чем приступить к анализу хода гражданской войны и ее динамики, нужно сказать о сегодняшней ситуации в экономике Сирии через 20 месяцев после начала революции.
Ливанская газета The Daily Star сообщала в августе, что, согласно Институту Международных Финансов, ВВП Сирии сократится на 14% в 2012 (после сокращения на 6% в 2011). Институт также отметил, что это падение может превысить 20% к концу года, если гражданская война продолжится.
Основные экономические показатели падают. Доходы от туризма сократились с 11% ВВП в 2010 до 4% в 2011; в 2012 они составят только 0,6% сирийской экономики. Прямые иностранные инвестиции упадут с 1,5 млрд в 2010 до 100 млн в 2012. Из-за фактической парализации экономики, международных санкций и резкого падения сельскохозяйственного производства ощущается нехватка всех типов продовольствия и предметов потребления. Средняя инфляция в 2012 г. выросла до 17% по сравнению с 5,2% в 2011.
Дефицит бюджета составляет 14%, что почти вдвое больше, чем в 2011 (8%). Из-за гражданской войны расходы правительства неконтролируемо выросли, а налоговые поступления почти прекратились. Так произошло, например, с доходами от экспорта нефти, которые составляли до 30%. По сделанным прогнозам, экспорт нефти должен был упасть с 130.000 баррелей в сутки в 2011 г. до 100.000 в 2012. Экспорт товаров в целом сократился на 12% в 2011 г. и оценивается, что в 2012 г. должны упасть на 20%. Импорт также сократится на 21,5% после падения на 14,2% в прошлом году.
Золотовалютные резервы диктатуры Ассада сократились с 19,5 млрд долл. (эквивалент 7,6 месяцев импорта товаров и услуг) в 2010 г. до 10,8 млрд долл. в 2011 (4,4 месяца импорта). По оценкам, к концу 2012 г. эти резервы составят 1,1 млрд долл. (18 дней импорта).
Газета Syria Today сообщает, что, согласно данным правительства, безработица достигла 25%. Другие источники говорят о более 30%, не считая непостоянной занятости. Официальный уровень бедности составляет 13%; несомненно, реальная цифра выше. Сирийская промышленность, дававшая в 2010 г. 23,7% ВВП, разрушена или парализована. Согласно информации самих хозяев, возможности промышленного производства сократились более чем на 60%. В Алеппо, экономической столице страны, закрылись более половины текстильных фабрик, поскольку европейские рынки почти закрыты международными санкциями.
Такова экономическая ситуация, в которой идет гражданская война. С другой стороны, вооруженный конфликт усиливает все социальные противоречия и страдания масс, борющихся за свержение Ассада, достижение демократических свобод и перспективу улучшения качества жизни, все более превращающейся в социальную трагедию, углубленную гражданской войной. С другой стороны, видно, что диктатура остается без собственного экономического кислорода для продолжения своей военной кампании против сирийских масс. В условиях свободного падения производства, при большинстве перекрытых рынков, с нулевыми налоговыми доходами и почти без финансовых резервов положение Ассада становится драматичным, поскольку ослабляет его в военном отношении и расшатывает его социальную и политическую базу, вплоть до того, что растут буржуазные сектора, покидающие корабль режима. Это настолько так, что без экономической и военной помощи, идущей со стороны немногочисленных союзников – России, Китая, Ирана, Венесуэлы и Кубы – сирийский режим не имел бы возможности сохраняться и продолжать свои геноцидные атаки.

Ход гражданской войны

Потенциальная военная победа лагеря восставших наталкивается на ясную проблему вооружения и военно-политического руководства. Режим Ассада, несмотря на большое развитие повстанческой милиции и Свободной Сирийской Армии (ССА), продолжает обладать большей огневой мощью. Ассад располагает армией, страдающей от дезертирства, но сохраняющей вертикаль командования, помимо тяжелой артиллерии и воздушных сил. Важно отметить, что сирийская армия всегда была одной из самых сильных на Ближнем Востоке, напрямую вооружаемой Ираном и Россией.
С целью сдержать дезертирство, Ассад полагается на элитные подразделения, как зловещая IV механизированная дивизия под командованием младшего брата Ассада Мазера, и, конечно, на наемников и шабиха. Кроме того, его военные действия во многом опираются на воздушные атаки. Это приводит к высокой смертности среди гражданского населения, затрудняет повстанцам наступление и даже заставляет покидать определенные позиции из-за отсутствия противовоздушного и противотанкового оружия.
В любой гражданской войне проблема вооружения является политической проблемой первейшего значения. Повстанцы, число которых растет, не имеют в достатке необходимого оружия для сохранения своих позиций и организации решающего наступления. «Мы не нуждаемся в большем количестве людей, нам нужно больше оружия», говорит командир Ахмед Абу Али, возглавляющий катиба (батальон) из сотни бойцов милиции, воюющий в квартале Саладин в Алеппо. Он продолжает: «Самое трудное для нас – противостоять танкам Т-82, против которых не действуют наши РПГ». И добавляет: «А также противостоять налетам «МиГов» и «Сухих», и снайперам». Он говорит: «У нас есть снайперы, но нет снайперских прицелов». И делает вывод: «Без тяжелого вооружения мы не можем контролировать Алеппо… Без большего количества оружия мы даже не можем представить будущего» (El País, 11/8/2012).
До сих пор ни одно правительство не решилось направить повстанцам тяжелое оружие. Все империалистические державы, а также правительства, как египетское и ливийское, показали себя противниками этого варианта. Барак Обама ясно выразил причину: «Задействовать американские военные средства в Сирии – это большой риск. Мы не можем дать оружие в руки людям, которые потом могут использовать его против нас» (El País). Империализм прекрасно понимает, что вооружать повстанцев означало бы вооружать тех, кто продвигает вперед идущую революцию. Максимальная «материальная поддержка» ССА со стороны империалистических держав состоит в легком оружии или предоставлении услуг разведки для некоторых операций повстанцев. Это происходит в основном через Катар и Турцию. Однако оружие и всякая военная помощь идет по каплям, и только для наиболее подчиненных интересам империализма групп и секторов, или тех, кого США считают способными подорвать революцию изнутри, как джихадистские группы. А режим Ассада продолжает получать грузы с тяжелым оружием от России и Ирана. Только в 2011 г. Россия, имеющая в Сирии морскую базу и серьезные экономические интересы, продала сирийскому правительству оружия на миллиард долларов. Этого не скрывает даже российский министр иностранных дел Сергей Лавров, когда со всем характерным цинизмом заявляет: «В рамках технического и военного сотрудничества между Россией и Сирией наша цель – поддерживать оборонительные возможности Сирии от внешних угроз, а не поддерживать Башара Ассада» (Reuters, 5/11).
Другим благоприятным сирийскому режиму элементом является политическая и военная поддержка Хезболлы, составляющей важную часть правительства Ливана, где гражданская война в Сирии начала получать свое отражение, начиная с крупных столкновений между сторонниками и противниками Ассада. Нельзя терять из виду, что Хезболла контролирует целые регионы на сирийско-ливанской границе, и что она является самой хорошо организованной и вооруженной, с самым большим политическим авторитетом и военной силой на Ближнем Востоке, особенно после нанесения поражения Израилю в 2006 г.
Серьезной проблемой являются также действия исламистских групп салафитов и джихадистов (наиболее фундаменталистских крыльев ислама), как милиция Аль Нушра, не участвующая в действиях ССА и проводящая изолированные акции с целью придать гражданской войне сектантский и религиозный характер, проповедуя, что конфликт якобы происходит между суннитами и шиитами-алавитами (ветвь ислама, к которой принадлежит Ассад). Они занимаются проведением терактов, не связанных с военными действиями ССА и иногда против гражданского населения алавитов и других конфессий. Акции этих групп, несмотря на наличие вклада в военную борьбу за свержение сирийской диктатуры, провоцируют раскол и ослабляют лагерь повстанцев, поскольку эти сектантские акции могут лишь отдалить целые сектора сирийского населения (алавитов, христиан и др.) от борьбы за свержение режима и прогресс революции.
К этому добавляется проблема самого лагеря повстанцев, начиная с буржуазного и проимпериалистического политического руководства Сирийского Национального Совета (СНС) и верхушки ССА, которые несколько раз заявляли, что поддержат военное вторжение империализма, а некоторые сектора заявили о своей готовности обсуждать «переходное правительство» без Ассада, но с участием вице-президента или другого человека его режима.
Однако, несмотря на то, что режим Ассада продолжает обладать большей военной мощью, с середины июля можно говорить об общем наступлении вооруженных повстанцев, сопровождающемся важными военными успехами.
Это происходит в рамках углубления гражданской войны и выражается в том, что уже около трех месяцев происходят ожесточенные бои в главных сирийских городах: Дамаске и Алеппо.
В Дамаске, тысячелетней столице страны, бои идут преимущественно в периферийных районах, хотя периодически происходили короткие интенсивные бои и в самом центре города. Режиму не удается подавить осаду повстанцами Дамаска, и он даже был вынужден начать воздушные бомбардировки ряда столичных кварталов.
В Алеппо бои идут за каждый сантиметр. ССА утверждает, что контролирует 60% города, хотя еще не смогла захватить центр. Посреди обломков города, превращенного беспрерывными бомбардировками практически в руины, повстанцы защищают свои позиции. Захват Алеппо имеет стратегическое значение благодаря его экономическому и геополитическому весу: это позволило бы открыть путь снабжения, ведущего к турецкой границе.
В начале ноября повстанцы завоевали две другие стратегические позиции: Маарет аль Нуман и Саракеб – два города провинции Идлиб, где правительство потеряло почти все точки контроля. Эти два населенных пункта имеют жизненное значение для обеих сторон из-за контроля над дорогой, ведущей из Дамаска в Алеппо, и другой дорогой, соединяющей ее с прибрежным городом Латакия на севере. По этому пути режим подвозит свои свежие войска для атак на Алеппо.
Бои ужесточились также у военной базы Тафтаназ, с которой режим инициирует свои атаки на весь Идлиб. В Дейр Эссор, в восточной части страны, повстанцы объявили о захвате нефтяного поля Аль-Вард. 5 ноября в Хаме теракт с использованием начиненного взрывчаткой автомобиля убил более 50 солдат и политиков, связанных с Ассадом. Другие бои и сплошные бомбардировки режима происходят в Дераа, Хомсе и Латакии.
Действия милиции ССА наносят сильные удары сирийскому режиму, но им еще не хватает необходимой силы для проведения сметающего и решающего наступления. Однако глубина революции такова, что в стране установилась ясная ситуация двоевластия, чьим самым большим выражением являются территории, освобожденные милицией.

Двоевластие в Сирии

В настоящее время в Сирии существуют две власти. С одной стороны, правительство и режим Ассада сохраняют контроль над государственным аппаратом и вооруженными силами. С другой стороны, в рамках военного наступления повстанцев сформировались целые территории, уже не контролируемые диктатором.
Одной из первых освобожденных территорий стала значительная часть г. Хомс, где установился «военный революционный совет», принявший на себя задачи, свойственные политической власти, такие как снабжение продовольствием, уборка мусора, медицинское обеспечение, безопасность и осуществление правосудия. Дейр Эссор с его крупной промышленностью и нефтяными месторождениями является другим городом страны, почти полностью контролируемым отрядами повстанческой милиции. Также существуют освобожденные зоны, контролируемые советами милиции (известными как тансикийят) в Хаме, Дераа и на большей части Идлиба. На всей части территории Алеппо, контролируемой вооруженными повстанцами, именно милиция осуществляет такие функции как минимальное снабжение населения и безопасность хлебных складов, эвакуация населения и т.д. В этих маленьких городах, как Тафтаназ, местный тансикийят публикует газеты и другие материалы (см. карту).
В Саракебе также установился своего рода совет «сил революционной безопасности». Его председатель Абу Хайя прокомментировал функционирование этого органа и его основные задачи: «У нас открыт список добровольцев для формирования революционных сил безопасности, и мы работаем над созданием групп гражданских лиц для организации движения и контроля за безопасностью, а также координации обслуживания, как муниципальные работы, среди которых уборка улиц или удаление мусора» (2). Подобные системы управления существуют также в сельских зонах, как Кажаржанас, Бинниш, Атма и Талада. Есть информация, что в неравномерной форме из этих советов милиции формируются зачатки «сети».
Существование, хотя зачаточное и неустойчивое, освобожденных зон и многочисленных тансикийятов, имеющих, видимо, определенный уровень координации между собой, является крайне прогрессивным явлением. Они являются наиболее ярким выражением силы сирийской революции. Именно поэтому режим занимается бомбардировками этих зон, чтобы их разрушить. Таким был случай деревни Кафарнубол, освобожденной 1 апреля 2011 г. и подвергнутой жестоким авианалетам Ассада 5 ноября 2012 г.

Зловещая роль кастро-чавизма

С самого начала сирийской революции большинство мировых левых, особенно кастро-чавизм, выступили против восстания масс и в защиту кровавого диктатора Ассада; точно так же, как они политически и военно поддержали Каддафи в Ливии. Эти сектора говорят, что происходящее в Сирии – не революция, а контрреволюция, где «наемники» или «войска империализма» пытаются свергнуть Ассада – якобы, антиимпериалистического и антисионистского лидера.
Уго Чавес, недавно переизбранный президентом Венесуэлы, немного спустя после выборов заявил: «Как можно не поддерживать правительство Башара Ассада, если это законное правительство Сирии? Кого поддерживать? Террористов?» (3). Сказав это, он заявил свою «стопроцентную поддержку» сирийскому диктатору и сказал: «Мы бы хотели действовать, но что может сделать такая страна, как Венесуэла?». На самом деле Чавес поддерживает геноцидный режим Ассада не только словами, но и снабжает его топливом, которое потом заливается в танки и самолеты, убивающие сирийский народ.
Необходимо называть вещи своими именами: кастро-чавизм – соучастник геноцидных акций Ассада. Он использует свой вес и престиж в социальном и левом движении, чтобы направить его против революции на пользу кровавой и проимпериалистической диктатуре. Кроме того, претендуя на борьбу с империализмом, он ему открыто капитулирует, поскольку оставляет в его руках борьбу за демократические свободы, тем самым облегчая Обаме, Европейскому Союзу и Лиге Арабских Государств во главе с Катаром и Саудовской Аравией возможность цинично представлять себя высшими защитниками «демократии» и «прав человека» в Сирии.

Политика империализма и СНС

Империализм, не чувствующий достаточных политических условий для военного вмешательства, совершает всяческие маневры, чтобы поставить революцию под контроль и нанести ей поражение. Ассад, которого империализм поддерживал до последнего возможного момента, уже показал свою неспособность выполнить эту задачу и поэтому лишился благословения Вашингтона.
Требуя ухода Ассада, империализм пытается совершить перегруппировку, чтобы поставить под контроль революцию, нанести ей поражение и похоронить. Империализм был достаточно умелым, чтобы покинуть тонущий корабль, и сегодня его главный вопрос – как и при помощи кого влиять на идущую гражданскую войну, чтобы падение Ассада произошло в нужной форме, обеспечивающей защиту интересов империализма.
В этом отношении США, европейские империализмы и национальная арабская буржуазия ищут политическую альтернативу, которая бы предполагала уход Ассада от власти, но сохранила бы основы его режима. В соответствии с этим много раз предлагались различные формулы «переходного правительства», включающие оппозицию и членов действующей диктатуры.
Однако политические перегородки внутри сирийской оппозиции, начиная с огромной дистанции между СНС (составленным преимущественно Братьями-мусульманами и проживающими за границей либералами) и воюющими на месте милиционными отрядами, затрудняют достижение империализмом желаемой цели контролировать процесс. Необходимо понимать, что СНС имеет всё меньший политический престиж, поскольку его главные лидеры находятся вне страны и в своих заявлениях выражают готовность договориться с представителями режима. С ССА, которая пользуется широким доверием, будучи механизмом военных действий против Ассада, происходит противоположное. Но даже внутри ССА ее верхушка, составленная бывшими высшими офицерами режима и руководимая из Турции полковником Риядом Мусой Ассадом, не имеет безусловного авторитета в глазах сотен отрядов милиции и народных советов, распространяющихся по всей Сирии. ССА является не полностью централизованной армией, имеющей единую вертикаль командования, но своего рода единым и широким фронтом, который включает в себя все отряды милиции, считающие себя частью ССА, но не обязательно действующие по приказам ее верхушки.
В этой ситуации империализму необходимы полные гарантии в отношении авторитета и политики СНС. Поэтому недавно Хиллари Клинтон высказала критику в адрес СНС, сказав, что «СНС больше не может считаться основным лидером оппозиции», и потребовала его расширения, чтобы включить в процесс большинство различных оппозиционных групп, в т.ч. местные координационные комитеты, отряды милиции и администрации освобожденных зон. Цель империализма ясна: создать лучшие условия для кооптации всего руководства повстанцев и этим остановить революцию.
Сказано – сделано. Выполняя наказ Вашингтона, СНС созвал встречу в Дохе (Катар), где расширил количество своих членов и назначил нового председателя Джорджа Сабра, бывшего руководителя Компартии, а сегодня – члена Народно-демократической партии Сирии. На этом же собрании с целью создания переходного правительства, имеющего полное доверие империализма, по аналогии ливийского Национального Переходного Совета было сформировано новое объединяющее пространство – Национальная Коалиция Сил Оппозиции и Повстанцев (CNFORS), превосходящая рамки СНС.
В качестве председателя новой коалиции, объединившей также сектора курдов, христиан и алавитов в единый фронт, был избран религиозный мусульманский активист Моас Хатиб. Его первые заявления просили политическую поддержку империализма, и Франция первой ему обозначила поддержку. СНС сохраняет важный вес внутри CNFORS, имея 14 мест.
Позитивным сигналом стал выход из СНС сети активистов на месте, Местных Координационных Комитетов (МКК), обвинивших СНС в том, что на этой встреч в Катаре он «оказался неспособным принять план глобальной реформы с целью развития роли сирийского народа как значимого политического представителя революции» (EFE, 9/11).

Революционная политика для Сирии

Наша позиция и политика в отношении сирийской революции исходит из безоговорочной поддержки восстания масс против диктатуры Ассада. В соответствии с этим в этой гражданской войне мы находимся в военном лагере вооруженных повстанцев (лагерь революции) против войск сирийского режима (лагерь контрреволюции) вне зависимости от того, является ли политическое руководство этого военного лагеря буржуазным или проимпериалистическим.
Только исходя из определения того, где находится революция, а где контрреволюция и последовательной борьбы на стороне сирийского народа против тирана Ассада, и сохраняя в каждый момент самую абсолютную политическую независимость, будет возможным в рамках этого широкого военного единства оспаривать у буржуазных и проимпериалистических руководств руководство этим военным лагерем.
Мы не нейтральны в этой вооруженной борьбе, поскольку любая нейтральность – явная или замаскированная – означает отказ от революции и объективную поддержку продолжению режима Ассада. Такую позицию занимает PTS-FT и другие организации, называющие себя троцкистскими. Они защищают вариант «ни-ни» (ни Ассад, ни лагерь повстанцев) с аргументом, что руководство повстанцев – буржуазное и проимпериалистическое и что поэтому «бунт» (а они не рассматривают происходящее в Сирии как революцию) изначально «украден». Стоя между жестоким геноцидом и могущественной революцией, эти «революционеры» удовлетворяются комментариями, путающими реальность с их желаниями, и требуют «гарантий» самого процесса, без наличия которых они не согласны поддержать борьбу народа. Они ограничиваются лишь критикой ограничений борьбы, оставляя свободной дорогу предательским руководствам и империализму. Эта позиция, которую эти организации хотят выставить «независимостью класса», преступна в ситуации гражданской войны. Потому что, несмотря на все прикрытие «левой» фразеологией, в реальности она только помогает продолжению режима Ассада. Эти организации приходят к позиции кастро-чавизма другим путем.
Прежде чем заявить свою поддержку революции, некоторые из этих секторов требуют того, чтобы она возглавлялась рабочим движением и революционной партией. Но ставить такое условие означает не понимать, что самым крупным объективным препятствием для развития рабочего движения и формирования революционной партии является существование самой диктатуры. Эта позиция означает также подпевать сталинизму, который поддерживает Ассада именем «угроз», которые могут прийти потом.
Борьба за строительство революционного политического руководства имеет фундаментальное значение для военного лагеря повстанцев. Но этого можно добиться, только если мы участвуем в борьбе за свержение геноцидной диктатуры Ассада. Пока трудящийся класс не обладает сознанием и силой, достаточными для выхода из-под контроля своих руководств, мы должны оспаривать руководство обязательно в рамках широкого военного (но не политического) единства, борясь и на стороне народа и вместе с ним стреляя в Ассада.
Наша политика – за скорейшее низвержение и полное разрушение режима Ассада и за установление правительства сирийских угнетенных классов. Эту позицию можно сформулировать в лозунгах: Долой Ассада, НЕТ империалистическому вмешательству!
Бороться за правительство сирийских угнетенных классов конкретно сегодня означает бороться за усиление и централизацию всех местных координационных комитетов, народных советов, тансикийятов, контролирующих территории, освобожденные вооруженной борьбой. Мы выступаем за расширение, усиление и создание тансикийятов во всех зонах, завоеванных милицией и освобожденных от власти диктатуры. За демократические выборы по районам, городам, провинциям, фабрикам и казармам представительных делегатов для формирования народных советов, которые должны руководить освобожденными районами. Это эмбрионы рабочей и народной власти. Мы за проведение региональных и национальных съездов этих народных советов для координации вооруженной борьбы на месте и решения проблем управления в освобожденных районах. Борьба должна идти за рост числа освобожденных и управляемых тансикийятами районов – вплоть до низвержения Ассада, взятия власти и установление рабочей и социалистической власти. Все это акты одной работы: социалистической революции.
Только в борьбе за усиление и централизацию тансикийятов как подлинных эмбрионов рабочей и народной власти гражданская война сможет изменить свое политическое и военное руководство. Но все это возможно только исходя из военного единства со всеми готовыми к этому секторами, берущими в руки оружие для свержения Ассада. Любая нейтральная позиция означает не только быть абстрактными и бесплодными пропагандистами, но реакционными пораженцами, оказывающими внутри «левых» бесценную помощь Ассаду.
Частью этой борьбы за свержение революцией Ассада и продвижение к рабочему, крестьянскому и народному правительству в Сирии является разоблачение и постоянная борьба против буржуазных и неизменно проимпериалистических руководств, врагов народных интересов и социализма, каковыми является руководство СНС, высшее командование ССА, Братья-мусульмане и все исламские джихадистские группы. Но это разоблачение не может быть абстрактным, его необходимо проводить, отталкиваясь от революционной борьбы за свержение режима Ассада.
Сейчас левые проходят проверку огнем. Им необходимо решить, на какой стороне находиться в этой гражданской войне. Всякая организация, считающая себе революционной, должна задавать себе вопрос: мы ЗА военную победу масс, которая свергнет геноцидную и проимпериалистическую диктатуру Ассада, или нет? Мы в одном военном лагере с массами, стреляющими против Ассада, кто бы ими не руководил, но сохраняя полную политическую независимость и с целью оспорить руководство у буржуазии СНС, верхушки ССА и империализма – или нет? Это главное для определения того, выступает ли левая организация за наступление революции или, напротив, за наступление контрреволюции.
Наш ответ на эти вопросы утвердительный. Поэтому мы призываем всех профсоюзных, социальных активистов, активистов борьбы за права человека и революционных левых сомкнуть ряды вокруг безусловной поддержки сирийской революции, проводя вместе любые акции солидарности с воюющим сирийским народом, начиная от проведения различных акций и до осуществления финансовых кампаний для оказания любого типа материальной помощи. Также необходимо требовать от правительств немедленного разрыва дипломатических и торговых отношений с диктатором Ассадом и направления повстанцам тяжелого вооружения, продовольствия и медикаментов под контролем их милиции. Очевидно, что любые действия солидарности с вооруженной борьбой сирийского народа будут идти против кастро-чавизма и поддакивающих им левых, но необходимо показать сирийским борцам, что есть революционные и социалистические левые, поддерживающие сирийскую революцию.

(1) http://www.vdc-sy.org/
(2) Нсейр Яра, Сирия: гражданская жизнь в «освобожденных районах» идет под руководством «военных», опубликовано на сайте «Переводы сирийской революции» 18/08/2012
(3) La Nación, Argentina, 10/10/2012

Международная профсоюзная встреча в Париже, 22-24 марта 2013.



Этот призыв написан профсоюзными организациями Европы, Африки, Америки. Мы состоим или в международных организациях (в Международной Конфедерации Профсоюзов, Мировой Федерации Профсоюзов) или не состоим в них, но участвуем в различных международных профсоюзных сетях. Этот призыв мы адресуем всем профсоюзным организациям, стоящим на позициях строительства боевых профсоюзов, рабочей демократии, самоорганизации трудящихся, необходимости социальных изменений.

Кризис капиталистической системы и его последствия во всем мире. Экономические, финансовые, экологические и социальные кризисы переплетаются между собой и подпитывают друг друга. Современный глобальный кризис капитализма показывает тупик развития, основанного на все более неравном распределении созданного богатства, финансовом беспределе, тотальной свободе торговли и игнорировании экологических угроз.
Ради спасения прибылей акционеров, обеспечения будущего банков и международных финансовых институтов (Всемирный Банк, МВФ, ВТО) правительства и хозяева все ожесточеннее нападают на права трудящихся.
Современная экономическая и политическая система приводит к грабежу многочисленных стран, заставляет миллионы людей покидать свою родину ради выживания… и отказывает им в правах под предлогом того, что они – иммигранты.
Разрушение сферы услуг, поставленные под сомнение социальные права, нападки на права и свободы профсоюзов, развитие нестабильной занятости и безработицы как инструмента давления на население… Эти одинаковые методы используются во всех странах!
Для достижения этих целей правительства и хозяева используют все методы: криминализацию протеста, суды, аресты, полицейские нападения, военные оккупации, всевозможные нарушения любых коллективных и индивидуальных прав. Один из их инструментов – репрессии против тех, кто сопротивляется, кто им противостоит, кто борется за другие альтернативы. Один из наших ответов – наша солидарность вне пределов национальных границ.
Профсоюзы, за строительство которых мы боремся, не поддерживают пакты с властями, узаконивающие антисоциальные меры. Профсоюзы ответственны за организацию сопротивления на международном уровне, чтобы через борьбу идти к необходимым социальным переменам.
Наши профсоюзы нацелены на свержение модели экономического, социального и политического развития, основанного на гегемонии финансов, прибыли и конкуренции. Напротив, мы хотим строить систему, основанную на всеобщих благах, перераспределении богатств к тем, кто их создает, правах трудящихся и экологически устойчивом развитии.
Мы выступаем за сохранение, расширение и демократизацию сферы обслуживания (образования, медицины, транспорта, энергии, воды, жилья и т.д.). Частью наших общих целей являются свободное передвижение людей и равенство социальных и политических прав для всех вне зависимости от национальности, гражданства, пола.
Наши профсоюзы соединяют в своей борьбе защиту непосредственных интересов трудящихся со стремлением к глубоким социальным изменениям. Наша борьба не ограничивается экономическими требованиями, но затрагивает такие вопросы как право на жилье, на землю, равенство между мужчинами и женщинами, антирасизм, экология, антиколониализм и т.д.
Мы защищаем интересы рабочего класса (работающих трудящихся, находящихся на пенсии, безработных, учащейся молодежи). Эти интересы такие же, как у всех народов в других регионах мира. Мы полностью противостоим хозяевам и находящимся у них на службе правительствам и институтам, и мы заявляем о своей независимости от всех политических организаций.
Международные профсоюзные организации существуют, есть профсоюзные сети, созданные по профессиональному или географическому признаку. В разных регионах мира мы имеем разную историю профсоюза, его структуры и членство. Но мы сходимся в главном: мы намерены решительно идти в направлении координации боевых профсоюзов на международном уровне. В рамках этой задачи мы организуем встречу в марте 2013 года.
Организуя эту встречу, мы не претендуем на объявление новой международной организации. Мы хотим укрепить наступательную, демократическую, независимую, альтернативную, интернационалистскую сеть профсоюзов, расширить ее и сделать более эффективной.
Мы хотим поделиться опытом сопротивления и достижениями, строить единство выше национальных границ, бороться за международное единство трудящихся. Перед лицом кризиса, который бьет по населению всех стран и за который ответственен капитализм, необходимо координировать и объединять борьбу, происходящую в разных местах. Мы призываем профсоюзные коллективы присоединяться к нам для строительства этого профсоюзного единства для действия. Это единство необходимо для борьбы против социального отката, для завоевания новых прав и строительства другого общества.
Мы хотим шаг за шагом продвигаться по этому пути вместе с любыми боевыми профсоюзными организациями, которые не считают капиталистическую систему вечной формой организации общества и которые идут к переменам через повседневную коллективную борьбу и обсуждение общества, которое мы хотим получить завтра.
Для этой международной встречи в марте 2013 мы предлагаем те общие целей, по которым мы можем работать:
  • Осуществлять акты профсоюзной солидарности, ориентированные на одну или две страны.
  • В единстве и координации действовать в поддержку существующих фокусов борьбы и международных кампаний: поддержку палестинскому народу; признание независимых профсоюзов стран Магриба и Ближнего Востока; против военной оккупации Гаити; против европейских соглашений, навязывающих меры жесткой экономии; за право народов самим определять свое будущее...
  • Усиливать и расширять международную работу, ведущуюся в отдельных профессиональных секторах (транспорт, образование, call-центры, промышленность, торговля, медицина и др.) и по межпрофессиональным вопросам (права женщин, иммигрантов, жилищный вопрос, экология и др.).
  • Вместе определять необходимые материальные средства для успеха наших общих проектов.

Бюро переводов «Подъема»




Бюро переводов «Подъема»

Когда высшие представители путинского режима говорят о коррупции, у них почему-то получается нескладно. Еще Кудрин, будучи еще министром финансов, публично заявил «Борьба с коррупцией – сегодня главная проблема для страны». Теперь отличился Глава Администрации Президента С. Иванов. Высказываясь в Австрии по поводу всплывших в России масштабных случаев коррупции, он отметил: «Последние серьезные антикоррупционные дела, которые ведутся в России, подтверждают, что власть самым серьезным образом к этому делу подходит». К чему именно власть серьезно походит – к коррупции или борьбе с ней – Иванов не уточнил. Видимо, имел в виду и то, и другое, и не хотел никого обидеть.




Кто виноват в коррупции?

Когда заходит речь о коррупции, многие «эксперты» видят ее причиной государство (противопоставляя его «свободному рынку») или говорят о ней чуть ли не как о сугубо российской проблеме. Но если посмотреть на проблему шире, то эти утверждения окажутся крайне далекими от реальности.
Достаточно взглянуть на современную европейскую политику, чтобы пропал коплекс российской неполноценности. В Италии активно участвует в политике ходячий анекдот Берлускони, обвиняемый в чем только можно и потому стремящийся стать премьером для получения «неприкосновенности». И это помимо исторической для Италии проблемы с мафией.
Во Франции в коррупции подозреваются два последних бывших президента. Николя Саркози – за то, что нелегально у хозяйки lOreal брал деньги на предвыборную кампанию. И еще за то, что, пользуясь президентским положением, на те же цели брал деньги из государственного бюджета как из своего кармана. Его предшественник Жак Ширак обвиняется в использовании муниципальных денег для кампании своей партии и в махинациях в его бытность мэром Парижа. Интересно, что и Саркози и Ширак начали преследоваться сразу после ухода с президентского поста, потому что президент неподсуден. В некотором роде, это узаконенная форма коррупции: я занимаю пост и потому безнаказанно могу делать что хочу. А премьер-министр Ширака Ален Жупе уже был осужден по шираковскому делу и получил крайне бесчеловечное наказание: запрет на два года занимать государственные посты.
В Колумбии ее бывший президент Альваро Урибе числится в списке Интерпола за связь с наркоторговлей и парамилитарес (как будто можно как-то по-другому стать президентом Колумбии! Кстати, поэтому в Колумбии он живет спокойно, но не может выехать под угрозой ареста).
В Бразилии коррупционные скандалы – не последняя причина обновления кабинета министров. Дошло даже до того, что один из министров Лулы был пойман на таможне, потому что тупо нес большую сумму денег в трусах, и видимо, это было заметно. Можно сказать, поймали за руку.
Так что, все нормально, Россия находится в общемировом тренде развития. Нам даже есть, чем гордиться: за последние 13 лет у нас под суд не попал ни один президент.
Коррумпированностью госчиновников никого не удивишь. Но может в бизнесе иначе? К несчастью любителей лечить коррупцию бизнесом, это не так. В последнее время должностные лица целой плеяды крупнейших банков попались на биржевых махинациях и фальсификациях банковских показателей: французский Société Générale, английский Barclays, швейцарский UBS, американские Citigroup, JP Morgan, Bank of America, немецкие Deutsche Bank и WestLB; и даже Святой Банк Ватикана оказался несвободен от сего тяжкого греха. В США Мэрдок несколько лет строил банальную финансовую пирамиду, а контролирующие организации этого «не заметили», пока она не рухнула. Репутацию швейцарских банков подпортил слив информации о держателях счетов, сделанный одним банковским служащим по неформальной просьбе немецкой канцлерин. Кстати, оказавший немецкому правительству услугу «сливщик» (гражданин Австрии) был арестован швейцарской полицией и потом… найден в своей камере мертвым – прямо как Магнитский. В общем, у бизнеса с коррупцией тоже «все в порядке».
Видно, что тот или иной чиновник, бюрократ, распорядитель, администратор, должностное лицо – неизменный участник коррупции. Но живучесть и вездесущность коррупции явно свидетельствует о ее глубоких корнях и что речь идет, а о социальном явлении, а чиновники лишь его «носители».
Проблема коррупции происходит от современной структуры общества. Сегодня концентрация капитала в руках меньшинства давно достигла таких масштабов, что маленькой кучке хозяев не управиться ни с самим бизнесом, ни тем более с удержанием простого населения в повиновении. Даже в средневековом княжестве феодал хотя был и хозяином, и правителем, и судьей, но для управления своим крохотным феодом нуждался в наемных помощниках (начиная с дружины, для подавления восстаний подданного населения). И первые капиталисты, являвшиеся и собственниками, и управляющими своих предприятий, при развитии дела были вынуждены нанимать бухгалтера и т.д. Что уж говорить о современных монополиях, охватывающих весь мир, и о государствах, простирающихся на тысячи километров. Хозяева монополий вынуждены нанимать менеджмент для управления компаниями, и государственных чиновников для управления обществом в своих интересах (читай, усмирять народ).
Но любой чиновник понимает, что какими бы привилегиями он ни пользовался за свои ценные услуги, они исчезнут, как только он потеряет свой пост. Единственная возможность увековечить привилегии и передать по наследству – это конвертировать свое чиновничье положение в пусть и маленький, но капитал, приносящий прибыль. То есть самому стать капиталистом. А если капитал уже есть, то есть смысл максимально использовать свое чиновничье положение для создания ему «конкурентных преимуществ» по сравнению с теми, кто не имеет «своих» чиновников. Наличие властных полномочий становится инструментом в конкурентной борьбе. И чем больше бизнес – тем выше чиновник. Бизнес покупает власть, которая помогает бизнесу. Если где это происходит официально – это называется политикой, а если неофициально – коррупцией.
Товарищ Ленин говорил, что политика есть концентрированное выражение экономики. Прусский военачальник Клаузевиц говорил, что война есть продолжение политики другими средствами. Перефразируя их, можно было бы сказать, что коррупция – это продолжение экономики другими средствами и не более того. Капитализм монополий не может существовать без пирамиды чиновников. Исчезни они на один день – производство встанет, потому что некому будет им управлять. А на следующий день победит революция, потому что без полицейской и армейской чиновничьей иерархии подавить население невозможно. Поэтому пока есть капитализм – у него будут чиновники-распорядители и будет коррупция.


Врезка

Факт, что у коррупции – рыночные корни, особенно хорошо виден в нашей стране, где количество чиновников и коррупция взлетели до небес именно с реставрацией капитализма и тотальной приватизацией. И в период Путина рост коррупции шел параллельно росту вторжения иностранного капитала, покупающего приватизируемую собственность. Утверждения о том, что коррупцию можно лечить приватизацией обычно исходят от чиновников, которые уже на своем посту сколотили капитала и теперь желают обзавестись дополнительной собственностью.



Коррупция в империалистических и зависимых странах

Очевидно, что государственная коррупция существует везде. Но также факт, что в каких-то странах ее больше, а в каких-то меньше. Этому тоже есть объяснение. Главное преимущество буржуазии – ее деньги. И именно их она предпочитает использовать для решения вопросов. Но если «рынок» не позволяет обеспечить стабильность ее господства, буржуазии идет на любые «неэкономические» методы.
В империалистических странах, корпорации которых высасывают прибавочную стоимость со всего мира, количество богатства больше. Поэтому буржуазия этих стран имеет больше возможностей решать вопросы «по-хорошему» (т.е. купить за деньги, а не отобрать силой), как борясь между собой, так и сдерживая напор низов экономическими уступками. В целом для бизнеса роль государственных постов и вертикали чиновников меньше, платить им есть возможность больше, и общий уровень коррупции ниже. По этой же причине в империалистических странах легче играть в демократию. Но у такого «разумного поведения» есть «разумные пределы»: если оно уже не способно обеспечить буржуазии ее господство, в ход идет сила. Мы это неоднократно видели в истории и видим сегодня при полицейских разгонах акций протеста против мер жесткой экономии в странах Европы. Вообще в «цивилизованном» состоянии буржуазию империалистических стран удерживают трудящиеся, не позволяя свернуть демократические свободы и защищая свои права. Не будь трудящиеся готовы оказать сопротивление, империалистическая буржуазия давно бы порезала все свободы.
В зависимых станах, ограбляемых империализмом, общий пирог национального богатства меньше, его не хватает для уступок народу, а иногда и для удовлетворения запросов местной буржуазии. Поэтому роль неэкономических методов борьбы за его передел возрастает как в плане межбуржуазного передела, так и в деле его защиты от низов (репрессивные органы). Возрастает важность политических и военных постов и вертикали чиновников, на которых, к слову, денег тоже особо нет, и они кормятся сами. То, что в империалистической стране покупается, в полуколониальной стране в той же ситуации отбирается силой. Там, где империалистическая буржуазия в своих странах делает уступки народу, буржуазия полуколониальных стран усмиряет дубинками и автоматами, обеспечивая стабильность ограбления стран империалистическими государствами при поддержке последних. Места для игры в демократию здесь гораздо меньше. Поэтому для бедных ограбляемых стран в целом более характерны коррупция, военные перевороты и проимпериалистические диктатуры. Если даже это не помогает сохранить империалистический режим ограбления, «демократические лидеры» западных стран наводят свой порядок военными интервенциями и оккупациями.

четверг, 13 декабря 2012 г.

Почему технический прогресс сопровождается ухудшением жизни общества?

Видя противоречие, что технический прогресс есть, а жизнь ухудшается, появляются мнения, что технический уровень еще недостаточно высок для того, чтобы всех обеспечить. Или, наоборот, что именно сам технический прогресс ведет к деградации общества.
Но достигнутый нами технический уровень уже позволяет обеспечить всех как минимум теми благами, которые были у первобытного человека. У него была еда, вода, жилье и свободное время для росписи пещеры – и все это без науки, космоса, биотехнологий, информатизации производства. Одновременно сам технический прогресс не может быть проблемой, потому что способен колоссально облегчить жизнь. Тогда в чем проблема?
Есть известный анекдот про доброго советского чукчу, который запряг в собачью упряжку подаренный ему Камаз, и в результате и едет медленно, и собаки быстро устают.
Камаз, по сравнению с собаками, обладает существенными преимуществами и мог бы заметно облегчить чукче жизнь: он мог бы больше спать, заниматься резьбой по кости, слагать песни про тундру, изучать карту звездного неба, да и собакам тоже было бы легче. Но впряженный в собачью упряжку, Камаз не только не раскрывает свой потенциал, но такой технический прогресс даже ухудшает положение, ибо бедный чукча так вообще ничего не наохотит и опочит от голода на своем прекрасном Камазе. Только Камаза недостаточно, нужно еще изменить прежний традиционный способ производства, освободить Камаз от собачьей упряжки.
Ситуация с капитализмом аналогичная. Собачья упряжка капитализма сегодня сковывает возможности общества пользоваться результатами технического прогресса, в результате чего большинство людей испытывает нехватку еды, чистой воды, жилья, т.е. всего того, что уже было и у первобытного человека, который ко всему этому, не должен был вставать по будильнику. Как и чукча, человечество рискует опочить на своих достижениях. Общество сковано цепями капиталистического способа производства, которые утягивают его в варварство голода, нищеты, войны, экологической катастрофы. И даже те крошки изобилия, которые иногда имеются, приобретают уродливую форму малоосмысленного «потребления» (представим чукчу, который в своем запряженном и стоящем на месте Камазе открывает и закрывает окошко, удовлетворяя свою «постиндустриальную потребность» в открывании и закрывании окошек, включает и выключает дворники для максимальной четкости изображения и носит ключи зажигания в качестве модного амулета).
Но проблема не в том, что у чукчи еще мало Камазов. И дело не в том, что Камаз – причина всех зол. Проблема в том, что современный технический прогресс впряжен в старую капиталистическую упряжку. Коммунистическое устройство общества неизмеримо более соответствует современному техническому развитию, именно оно сегодня было бы естественно, а капиталистический способ производства находится в дичайшем противоречии с уровнем развития производительных сил. И это еще более подтверждается глубиной и разрушительностью экономических кризисов, когда сам капиталистический механизм экономики останавливается, перестает работать – из-за противоречия между уровнем развития производительных сил и формой, в которой осуществляется производство. Средства производства восстают против капиталистического способа производства. Из этого основного противоречия проистекают все остальные проблемы общества.

Примечание: Представители «цивилизованных» народов всегда любили подшучивать над простотой и наивностью народов, живущих традиционным укладом, и делают это, неизменно гордясь своей «цивилизованностью» и «умом». При этом они забывают, что цивилизация, как результат исторического развития и коллективного труда многих поколений, совершенно не является заслугой конкретного «цивилизованного» субъекта и признаком его особого ума (нередко даже наоборот). И во-вторых, «цивилизованные субъекты» не замечаются, что поводом для их шуток над традиционными народами становится то, что представителей этих народов легко обмануть – потому что они не научились обманывать, не понимают, что такое обман и зачем он нужен. Что они ходят голыми – не понимая, что есть такого стыдного и ужасного в человеческом теле; и что при такой «распущенности нравов» им не ведомы проституция, изнасилования и сексуальные маньяки – потому что их общество никогда с ними не сталкивалось. «Дикие» народы не понимают, что такое безработица, «кризис перепроизводства» и как такое вообще возможно. И успокоительные средства и психотерапевты им тоже не нужны, и возможности уничтожить планету нажатием одной кнопки у них тоже нет. Кто после этого «дикари»? В действительности, смеясь над чукчами, мы смеемся над собой.


За госсобственность! За рабочую демократию!


Товарищи!
Сотрясающие российскую власть коррупционные скандалы свидетельствуют о тупике «вертикали власти», выстроенной под руководством Путина. Бюрократический аппарат, пожирающий огромную часть национального дохода, вместо укрепления и умножения государственной собственности распродаёт и разворовывает её остатки. «Вертикаль власти», разрекламированная как «эффективная модель управления», на деле оказалась корпорацией бюрократии, раковой опухолью общества. Создавая видимость работы по решению насущных общественных проблем, бюрократия все свои силы и знания прилагает для выстраивания схем перекачки государственных денег в свой карман. Получая зарплату из общественных денег, из наших налогов, они всё своё рабочее время используют для обдумывания схем обворовывания общества. Платить зарплату корпорации, занимающейся воровством, накладно и аморально.
Нет никакого сомнения в том, что такие масштабные репрессии против вороватых чиновников могли начаться только с одобрения Путина. Псевдопатриотические организации и общественные деятели на все лады закричали о необходимости поддержки Путина в его борьбе против коррупции. Да, коррупция возросла до масштабов, способных задушить производство, разрушить общественные институты. Пример из повседневной жизни: стройка приостанавливается из-за того, что в надзорной организации идёт реорганизация. Никто не может подписать разрешающий документ по простой причине, ещё не понятно, кто будет «курировать» это направление, кому давать взятку. Представитель стройки каждый день покорно просиживает в коридоре учреждения с дипломатом, набитым деньгами, ожидая какой бюрократический клан одержит победу в борьбе за право кормления от строительного бизнеса. Но ведь эта анекдотичная действительность российской экономики – результат именно путинских усилий по выстраиванию пресловутой вертикали. Путин вынужден бороться с коррупцией постольку, поскольку она угрожает его власти. Его борьба ограничится восстановлением твёрдости собственных позиций. Проведя внутрикорпорационные «зачистки» и обновив ключевые звенья бюрократической пирамиды, Путин, громогласно объявив победу, свернёт эту компанию. Те политики, которые уверяют нас в том, что бюрократический класс способен самоочиститься от коррупции, либо ничего не смыслят в политике, либо сами связаны с бюрократией; как правило, и то, и другое.
Надеяться на то, что наступление коррупции, разрушение образования, науки, институтов социальной защиты, культуры, здравоохранения остановит бюрократия – это самоубийство, это надежда на то, что волк станет вегетарианцем.
Бюрократия развалила СССР, бюрократия распродала, разворовала госсобственность, нашу с вами собственность, из бюрократии сформировался олигархический слой миллиардеров. Чиновничество тысячами нитей связано с капиталом, охотно подкупается капиталом, не менее рьяно выкручивает руки мелкому бизнесу, рекетируя и подчиняя его своим корпоративным интересам. Путин, одной рукой сажая совсем уж одуревших от безнаказанности чиновников, другой рукой продолжает продавать госсобственность. Программа приватизации неукоснительно выполняется в течение всей новейшей истории «новой России». Коммерциализация ЖКХ, медицины, образования – это продолжение передачи госсобственности в алчные руки частного капитала.
Коммерциализация образования всколыхнула всё общество. Мало того, что мы живём в бандитско-воровском настоящем, так у нас ещё хотят отнять надежду на будущее. Именно так расценивают реформу те, кто вник в её суть. В современном обществе именно образование даёт возможность детям рабочих подняться на более высокую социальную ступень. Рабочие, не видя перспективы скорого изменения своего положения, все свои силы и средства направляют на обучение своих детей в надежде, что хоть они «выйдут в люди». Реформа убивает эту надежду у огромного слоя людей с низким и средним достатком. Через реформу образования проводится политика закрепления классовых границ. Высшее образование смогут получать только дети высокооплачиваемых родителей, т.е. бюрократии; для детей рабочих – только профтехучилища.
Это не единственная опасность реформы образования. Учтя требования олигархии, бюрократия стремится переориентировать систему образования с развития через образование человека как личности на выпуск биороботов с преимущественно техническими знаниями, годными только для выполнения производственных задач. Опасность биороботанизации всего общества всколыхнула интеллигенцию. Кульминацией этого протеста стало открытое письмо преподавателей филологического факультета МГУ. Не столько забота о детях рабочих, сколько угроза уничтожения фундаментальной науки вынудила уважаемых профессоров заняться политикой.
Выступления рабочего класса против советской бюрократии очень ловко были перенаправлены этой же бюрократией на госсобственность. Путём невиданного в истории обмана, используя новейшие технологии информационных войн, бюрократия победила рабочий класс. Обманутый рабочий класс уподобился собаке, с ненавистью грызущей палку, которой хозяин её бьёт, в то время как сам хозяин закатывается от смеха, наблюдая эту картину.
Обман, даже такой блистательный как всероссийский, не может продолжаться вечно. Прозрение неизбежно. Реставраторы капитализма уничтожили госсобственность, развалили Советский Союз, а жить лучше не стало. Приходит осознание того, что причина не в госсобственности, а в том, кто ей распоряжается. Мы видим, что с уничтожением госсобственности бюрократия только укрепилась, что бюрократия, управлявшая госсобственностью, перекочевала в частный сектор, став ещё более бесконтрольной и более высокооплачиваемой. В то же время, положение рабочего класса только ухудшилось. Это связано с тем, что раньше на нашей шее сидела только советская бюрократия, а сейчас российская бюрократия, российская олигархия да ещё мировая финансовая олигархия. Разве мы в силах прокормить столько паразитов?
Нам нужно избавляться от паразитирующих структур, пока они нас не уморили. Исторический опыт нам доказал, что госсобственность – хорошее орудие борьбы с паразитами. Важно овладеть контролем над этим орудием. Госсобственность под контролем и управлением народа – не только верное средство от социальных паразитов, но и залог независимости России, залог её территориальной целостности. Только мощный, госсектор с идеологией интернационализма, рабочей солидарности, рабочей демократии способен удержать Россию от распада.
Нам нужно организоваться в широкое российское движение за сохранение и приумножение госсектора, в том числе и за национализацию ключевых экономических структур. Медицина, образование, ЖКХ, наука, ВПК, и т.д. – это разные сектора госсобственности. В каждом секторе идёт борьба против приватизации, против уничтожения этих секторов. Бюрократия во всех секторах продавливает свои решения. Работники секторов и общественные организации терпят поражения. Это показывает, что бюрократия сильна, и поодиночке её не одолеть.
Необходимо осознать, что без объединения секторов в единое движение уничтожение госсектора не остановить. Движение за госсектор – это движение за экономическое развитие, за социальные гарантии, за независимость, за право на будущее.
Без широкой коалиции это движение не может иметь успеха. В этом движение должно найтись место для профсоюзов и профессуры, для политических организаций и для блогеров, для студентов и пенсионеров.
Движение «белая лента» возглавляют люди, желающие восстановить демократию для господствующих классов, демократию для клановой борьбы. Дальше этого они в своих требованиях не пойдут. Замена президента Петрова на президента Сидорова делу не поможет. Надо менять не высшего бюрократа, а всю систему управления обществом. Мы должны пользоваться моментом, когда один клан в борьбе против другого решил использовать народное недовольство. Завтра эти «враги» договорятся и разгонят народ по домам, а лидеров по тюрьмам.
Наша задача – успеть создать новое движение из жизнеспособной части выдыхающегося движения «белая лента», создать свою организационную структуру, свой руководящий орган.



Когда народ един, он непобедим!
За госсобственность!
За рабочую демократию!